«Две недели в моей душе бушевала буря, — призналась она. — Я никогда не задумывалась о своей жизни, пока ты не заставил меня сделать это. Я люблю тебя, поэтому забираю свой вопрос обратно. На самом деле, я не собиралась ни о чем спрашивать тебя, просто твой отец попросил меня разузнать, что у тебя на уме».
«Передай отцу, пусть он задает свои вопросы непосредственно мне», — попросил я мать.
Мать пришла к отцу и сказал: «Ко мне больше не обращайся. Я посоветовала сыну не жениться».
«Святые небеса! — схватился за голову отец. — Неужели ты отсоветовала ему жениться?»
«Да, — подтвердила мать. — Во-первых, он сильно доверял мне, а во-вторых, он дал мне две недели на раздумья. Он был готов жениться, но я не могу обмануть его и потом всю жизнь провести с чувством вины. Поступай, как знаешь».
Отец струхнул еще больше, ведь теперь даже жена вышла из-под его контроля. Но ему нужно было добыть от меня ответ о моих планах на будущее. И тогда отец попросил содействия у одного своего приятеля, адвоката Высшего Суда, очень известного, рассудочного человека с логическим складом ума. Отец решил, что этот человек может убедить меня. Разумеется, адвокат заверил моего отца: «Не беспокойся. Я всю жизнь аргументирую в Высшем Суде. Неужели ты думаешь, что я не смогу убедить мальчишку, который только вчера закончил университет? Что он знает? У него нет ни капли жизненного опыта. Завтра я приду к тебе домой».
Следующий день был воскресеньем, выходным. Адвокат пришел к нам домой. «Отец предупредил меня о том, что вы придете уламывать меня жениться, — сразу сказал я адвокату. — Но прежде, чем вы начнете аргументировать, я сразу хочу поставить условие. Если вы убедите меня, тогда я женюсь, но в случае вашей неудачи вам придется развестись с женой. Вам придется что-то поставить на кон. Я доверяю вам, поэтому не требую свидетелей. Я уважаю вас так же, как вы уважаете моего отца. Вы закадычные друзья, поэтому я всегда считал вас вторым отцом. Я не требую свидетелей нашего разговора, чтобы не смущать вас. Я доверяю вашим способностям и готов выслушать ваши аргументы. Но помните мое условие».
«В таком случае дай мне немного времени, — попросил адвокат. — Я не думал, что ты озвучишь такую альтернативу. Дело в том, что я всю жизнь страдаю после женитьбы, только еще ни разу не задумывался об этом. А ты предлагаешь мне развестись, если я не смогу убедить тебя в пользе супружеского брака. Позволь мне подумать на эту тему. У меня есть жена и дети. Я имею вес в обществе. Я не могу развестись просто так».
«А вы полагаете, что у меня ничего нет? — удивился я. — Все, о чем вы сказали, уже в прошлом, а все, что мне предстоит обрести, еще только в будущем. Прошлое уже мертво. Я рискую жизнью, своим грядущим, а вы ставите на кон миновавшее. Неужели вы думаете, что рискуете больше меня?»
На следующий день адвокат сказал мне: «Я не хочу спорить с тобой».
С тех пор я стал каждый день ездить к его дому, а он просил жену сказать мне, что он уехал по делам.
Наконец, жена спросила его: «Почему ты так боишься этого мальчика? Зачем ты запираешься в ванной комнате? Ты дрожишь от одного лишь его вида».
«Ты ничего не понимаешь, — замахал руками адвокат. — Эта палка о двух концах: либо этот парень женится, либо мне придется развестись с тобой. Это вопрос жизни и смерти. Просто всякий раз говори ему, что твой муж уехал куда-то по делам».
В последний день перед тем, как уехать из города читать лекции в университете, я пошел к его жене и сказал ей: «Я знаю, что каждый раз ваш муж сидел дома. И я знаю, почему он не хочет попадаться мне на глаза. Скажите ему, что он, может быть, и в самом деле многоопытный адвокат в Высшем Суде, но мое дело он все же проиграл. Скажите ему, что ему не стоит бахвалиться тем, будто он выиграл все дела. Он проиграл поистине значимое дело, пусть и без судьи. Он был одновременно подсудимым и судьей, я дал ему такую возможность. Ваш муж пытался обмануть меня, он был неискренним со мной, но я знаю, что так вести себя трудно, когда кто-то глубоко доверяет тебе».
Он вышел из дома, когда я говорил с его женой, и сказал: «Прости меня. Ты прав. Я все время сидел дома, боялся выйти к тебе. Я никогда никого не боялся, но вот тебя испугался, потому что не могу лгать, глядя тебе в глаза, читая в них твою любовь и доверие ко мне. Я не могу солгать и не могу развестись с женой. Я так привязался к ней, она столь дорога мне, что я просто не в силах расстаться с ней. Я советую тебе прямо с отцом, сказать ему об отсутствии альтернативного выхода. И ему придется тоже говорить с тобой прямо».
Но отец так и не стал говорить со мной откровенно. Не раз спрашивал его: «Почему ты не интересуешься моими планами на женитьбу? Ты пытался разузнать их через других людей. Почему бы тебе ни спросить меня прямо?»
«Я знаю, что от твоего ответа не приходится ждать ничего хорошего, — отвечал он. — Если ты что-то ответишь мне, так все равно не женишься, а я буду плохо спать. Выброси из головы все эти расспросы и поступай, как знаешь. Если хочешь жениться, хорошо, а если не хочешь, тоже не беда. Я заранее смирился с любым твоим решением».
]]>
Имхо.
Но мир парадоксален. И антиномичен