]]>]]>Не, то что задолбало, эт конечно. Но так стройненько, с медицинской точки зрения. Особенно про кефирчик, и про северные народы, виноград и прочее...
Хорош тему бредом засирать про кефиры и прочую дребедень ... 
http://www.youtube.com/watch?v=Y_leobB3 … r_embedded
http://www.youtube.com/watch?v=1UgKNpz3 … re=related
http://www.youtube.com/watch?v=B4bnMY1v … re=related
http://www.youtube.com/watch?v=wcsvEHHm … re=related
http://www.youtube.com/watch?v=PCD7j_hD … re=related
Вы потеряли все, так что ж,
потеря не важна:
для мудрости цена всего -
не велика цена.
Впредь вы любовь не станете
пустой забавой мнить,
кто за грехи наказан был,
не будет вновь грешить.
А мне спокойней, что не жду
я больше ничего:
ведь если счастья нет, то нет
и страха за него.
И утешенье кроется
в самой потере той:
потеряно сокровище,
но обретен покой.
Мне больше нечего терять,
и страха больше нет:
бояться ли воров тому,
кто догола раздет?
Но не почту свободу я
сокровищем своим:
не то принудит кто-нибудь
меня расстаться с ним.
Увы, чтоб душу уберечь
от ненасытных глаз,
и то нам нужно делать вид,
что нет ее у нас.
Каков бы ни был выбор мой,
не может быть он справедливым:
чтоб стал один из нас счастливым,
несчастным должен стать другой.
Ужель в любовном этом споре
мне к вашим снизойти мольбам?
Ведь если я вам счастье дам,
что дам себе я? Только горе.
И не грешно ли говорить,
что я должна, скрепясь душою,
для вас пожертвовать собою,
чтоб вам блаженство подарить?
Но совесть, что б я ни твердила,
была бы нечиста моя,
когда бы за любовь вам я
лишь ненавистью отплатила.
Зачем мне быть жестокой к вам?
Зачем так больно вас обижу?
Коль за любовь возненавижу,
то чем за ненависть воздам?
Я день и ночь в одной заботе:
не знаю, как мне с вами быть?
Мне хуже смерти вас любить,
а не любить вас - вы умрете.
Должна я средство отыскать,
чтоб свято соблюсти условье:
не убивать вас нелюбовью,
но и любовью не спасать.
К чему вам попусту томиться,
оплакивая жребий свой?
На середине золотой
мы с вами можем помириться.
К чему мою жестокость клясть?
Когда б надежда вам не мнилась,
вас не терзала бы немилость,
меня - непрошеная страсть.
Отрекшись от надежд на счастье,
тем отведете вы беду:
я жертвой страсти не паду
и не умрете вы от страсти.
Я о согласье вас молю,
и да послужит в утешенье
вам - то, что нет во мне презренья,
мне - то, что я вас не люблю.
Легко поладить бы могли мы,
от распри тягостной устав,
когда б, возлюбленной не став,
для вас осталась я любимой.
И тем бы от обоих нас
вы благодарность заслужили:
за то, что вы меня любили,
а я не полюбила вас.
И пусть достичь ни вы, ни я
не сможем вожделенной цели,
но оба мы играть умели,
и доказательство - ничья.
Уронила девушка перстень
В колодец, в колодец ночной,
Простирает легкие персты
К холодной воде ключевой.
— Возврати мой перстень, колодец,
В нем красный цейлонский рубин,
Что с ним будет делать народец
Тритонов и мокрых ундин? —
В глубине вода потемнела,
Послышался ропот и гам:
— Теплотою живого тела
Твой перстень понравился нам. —
— Мой жених изнемог от муки
И будет он в водную гладь
Погружать горячие руки,
Горячие слезы ронять. —
Над водой показались рожи
Тритонов и мокрых ундин:
— С человеческой кровью схожий,
Понравился нам твой рубин. —
— Мой жених, он живет с молитвой,
С молитвой одной о любви,
Попрошу, и стальною бритвой
Откроет он вены свои. —
— Перстень твой наверно целебный,
Что ты молишь его с тоской,
Выкупаешь такой волшебной
Ценой, любовью мужской. —
— Просто золото краше тела
И рубины красней, чем кровь,
И доныне я не умела
Понять, что такое любовь.
Юный маг в пурпуровом хитоне
Говорил нездешние слова,
Перед ней, царицей беззаконий,
Расточал рубины волшебства.
Аромат сжигаемых растений
Открывал пространства без границ,
Где носились сумрачные тени,
То на рыб похожи, то на птиц.
Плакали невидимые струны,
Огненные плавали столбы,
Гордые военные трибуны
Опускали взоры, как рабы.
А царица, тайное тревожа,
Мировой играла крутизной,
И ее атласистая кожа
Опьяняла снежной белизной.
Отданный во власть ее причуде,
Юный маг забыл про все вокруг,
Он смотрел на маленькие груди,
На браслеты вытянутых рук.
Юный маг в пурпуровом хитоне
Говорил, как мертвый, не дыша,
Отдал все царице беззаконий,
Чем была жива его душа.
А когда на изумрудах Нила
Месяц закачался и поблек,
Бледная царица уронила
Для него алеющий цветок.
]]>Песня о трех пажах
Три юных пажа покидали
Навеки свой берег родной.
В глазах у них слезы блистали,
И горек был ветер морской.
- Люблю белокурые косы!-
Так первый, рыдая, сказал.-
Уйду в глубину под утесы,
Где блещет бушующий вал,
Забыть белокурые косы!-
Так первый, рыдая, сказал.
Промолвил второй без волненья -
Я ненависть в сердце таю,
И буду я жить для отмщенья
И черные очи сгублю!
Но третий любил королеву
И молча пошел умирать.
Не мог он ни ласке, ни гневу
Любимое имя предать.
Кто любит свою королеву,
Тот молча идет умирать
....мне очень нравятся тексты романсов А. Вертинского... но слушать его я почему-то не могу... слишком своеобразный у него голос и манера исполнения. Больше удовольствия приносит чтение.
]]>Убивали любовь. И однажды любовь умерла
Ей бы их обмануть, притвориться убитой-и только,
Но любовь как любовь- притворяться и лгать не могла
Да и им поначалу не жаль ее было нисколько
Убивали любовь. На поминках Его жевлаки
Заходили на скулах, а взгляд Ее слёзы затмили
И тайком друг от друга все те же четыре руки
Поливают отныне цветы у любви на могиле
Обманул, ушел, оставил:
"Ты не люба мне, девица".
Белый свет на веки замер,
Замерла слеза в ресницах.
И, предательством убита,
В тусклом отсвете лучины
Она пела об обиде,
Божьей помощи просила.
Серой стала, неприметной,
А душа ее черствела,
Злобой полнилась ответной,
Мысль о мести душу грела.
И однажды в тихом мраке,
В сырости священной храма,
После полудня молитвы
Голос Марры услыхала:
"Дщерь моя, нужды нет плакать!
Есть на свете два лекарства -
Тело лечит время-знахарь,
Душам легче в моем Царстве".
Поняля тогда девица,
Что ее тоску исправит:
Лишь студеная водица
Шрама в сердце не оставит...
Шла к обрыву в белом платье.
Шла, и плакала, и пела...
Воды мирные в объятья
Приняли ее несмело.
Длинны косы стали тяжки,
А румянец - бледно-лунным.
Превратилася в русалку,
Но остались прежни думы.
Кажду ночь, подруг покинув,
Из реки на брег спешила
И гуляла по обрыву,
Где ее назвал он милой.
Раз случилось звездной ночью:
Девку с парнем увидала -
Те вдвоем пошли купаться -
В парне милого узнала.
Одурманенная гневом,
В лунном свете так прекрасна,
Стала Дочь Воды на берег,
Улыбнувшись им опасно.
И за ней - чреда русалок
Обезжизненно-холодных.
"Мы былое помним долго,
Так сочтемся же сегодня".
Поднялся лихой тут ветер,
Воды стали неспокойны.
Все русалки - Марры дети,
Им от Марры помощь в войнах.
Вдруг все стихло, стало ясно
От движенья рук русалки.
Людям боязно напрасно,
Гнев бездумный миновал их.
Улыбнулась - легче сердцу,
Воздух тронула губами,
Прошептала лишь: "Прощаю"
И растаяла в тумане.
Сквозь года несутся сказы,
Завораживая словом.
Ну а ты, девица красна,
С болью жизнь прожить готова?
Исстари так повелося,
Сомневаться нет причины,
Что любить, прощать и верить
Научили нас мужчины.