Это был час, когда колебания Нильса -- ехать ли в Комо или не ехать? -- вывели Харальда из равновесия.
     Ищущий математик,  трезвая, но творческая душа, он  звал  по опыту, что новым  идеям  труднее  родиться,  чем  потом  повзрослеть.  И  его  возмутил нерасчетливый гамлетизм брата: шла революция в физике -- теоретическая мысль смелыми  набегами  расширяла свои  владения,  а Нильс позволял себе медлить, добиваясь скрупулезной законченности в пионерской работе!